КОШАЧЬИ ИСТОРИИ

gallery/иркут-07_июнь_2015-127

НА БАЙКАЛ

Любим мы на природу ездить. На Байкал особенно. Стараемся несколько раз за лето выбраться. Не любим базы и номера-люксы с прозрачными туалетами и чуть теплой водичкой из неказистого бойлера. Мы любим палатку (очень комфортную), любим баньку (и печечка имеется, а уж в камнях на Байкале дефицита нет) и любим вывозить  своих кошек.

 

Девицы наши тоже любят. Джефа вообще любой наш выход из дому воспринимает так: «На Байкал поехали, точно.  Будут там ветер нюхать, Байкал лапами трогать и саранчу ловить. А маленькая кошка тут в квартире должна быть! Нет справедливости в жизни!» Машину Джефа обожает! Это еще один дом. Только маленький и передвижной. Ее не укачивает, ей все интересно. А если устанет, спит на коленях или на сиденье. Да и на полу тоже ей неплохо. Ксюша любит только устойчивое свое местоположение. Но когда дорога заканчивается, счастливее кошки не найдешь. Глаза горят, хвост трубой, шерсть не дыбом, конечно, но в объемах явно увеличивается.

Нашли мы одну бухту года два назад с очень плохой дорогой к ней. Ездим туда. Народу почти нет, риск встретить собачников минимальный. В  сезон в бухте две-три палатки – не больше. Девчонки по приезду входят в образ. Отдыхают с дороги, едят и начинается гонка за всем живым, что есть в окрестности нескольких километров метров (далеко отходить от палатки девчонки все-таки боятся). Воду пить – из Байкала. Но при условии, что волн нет. Днем расслабленно дрыхнуть в палатке (на мягких ковриках или на матрасе), а если уж очень жарко – можно пойти в машину, в тенек. Двери открыты, байкальский ветерок нежно обдувает сибирскую шерстку – красота!

А вечером начинается самое интересное. Мы ставим палатку около небольшой сопки, поросшей кривоватыми от байкальских ветров лиственницами.  Часов в восемь вечера, когда спадает жара, наши кошки просыпаются, потягиваются и начинают призывно заглядывать в глаза. Пора! Мы идем в горку. Это наш ежевечерний моцион. Сначала девчонки бегут за ногами, потом чуть-чуть обгоняют, но никогда не убегают далеко. Самое главное развлечение – корявые лиственницы. Когда Джефа приехала в лес впервые, она  разбежалась, подпрыгнула и  всеми четырьмя лапами обняла дерево, повисела так с минуту и с обалделым видом аккуратненько съехала вниз по стволу.  Ничего не поняла и с изумлением оглядывала  дерево. Инстинкт!   Теперь, конечно, привыкла. Каждое дерево придирчиво осматривается. Предпочтение отдается деревьям с горизонтально растущими толстыми ветками. Девчонки запрыгивают и, гордо задрав хвост, начинают прогуливаться по веткам,  как мадамы по бульвару. Самое интересное происходит тогда, когда кошатина добирается до тонкой части. Движения становятся осторожными, размеренными. И, главное, надо, чтобы под веткой стояли люди, протягивали руки и подбадривали. Вот примерный текст ободрительной речи: «Солнышко, масечка, не бойся, я тут, если что, поймаю! Давай-давай, аккуратненько ставь лапочку!» Ксюша – колобок на ножках – до тонких веток не доходит. А вот Джека – смелая, идет вперед почти до конца. Иногда срывается, но не падает. Цепляется передними лапами за ветку и на них же, как заправский культурист, передвигается на более толстую часть, а там уже выбирается и снова гордо шествует вперед. Иногда, бывает, девчонки выбирают одну и ту же ветку. Тогда мы вспоминаем сказку о двух баранах на мостике. Постоят, подумают, Ксюша, как главная, мякнет, и Джефа либо разворачивается обратно, либо спрыгивает с ветки.

На ночь в палатке девчонок закрываю. На замок. Мало ли.  С таким положением вещей они смиряются с трудом. Особенно Ксюша. Рычать научилась, как собака. Ломится в тканевую дверь лбом, скребет лапой, рычит, ругается. Джефа за ней все повторяет. Не обращаю внимания.  Тогда эта хитрая кошка придумала следующее. Прыгает вверх, к  своду палатки, а приземляется на меня. Или на мужа.  Или на детей, если ночует у них. Думаете, пустяки? Да-да. Когда с высоты примерно двух метров на тебя в ночи приземляется шесть   с лишним кило живого веса с когтями и зубами… Мало не покажется. Помню,  как-то под утро, возмущенный крик сына: «Мама, я ее выпускаю! Она на голову мне приземлилась!» И ведь специально же целится!  Это время, конечно, надо пережить, потом обе успокаиваются, вздыхают и укладываются спать. До утра.

Утром солнце встает рано, мы тоже, кошки начинают греметь чашками и носиться вокруг палатки. Красота! В одну из заключительных ночей решила: не буду Ксюшу закрывать. Путь ходит под тентом и рядышком. Она трусиха вообще, шагу боится ступить без нас. Закрыла Джефу, застегнула замки, легли спать. Тут у входа в спальную часть материализуется абсолютно несчастная Ксюша и с видом сиротки Хаси недоуменно начинает нюхать застегнутую палатку. Именно в этот момент ее обнаруживает муж. Она бросается к нему в оскорбленным мяком и начинает жаловаться – все спят, а маленькую Ксюшу не пускают. Папа открывает ей палатку, и абсолютно счастливая Ксюша сладко спит до самого утра.

 

                                                                                                                    

                                                                                                                             Наталья Мельникова, руководитель питомника "Сияние тайги"